Ошибки врачей

Содержание

Терапия отчаяния при ковиде. Ошибки врачей могут стоить жизни – Свободная Пресса

Ошибки врачей

Помимо того, что заболеваемость коронавирусом растет, медиков — как и мест в больницах — становится все меньше, результатов тестов ждут долго, те, оставшиеся в строю врачи, совершают ряд ошибок при назначении схемы лечения.

Разобраться в ситуации помогла врач-инфекционист и научный сотрудник ПСПбГМУ им. академика И. П. Павлова Оксана Станевич совместно с фондом «Не напрасно».

Мы расскажем о том, какие ошибки совершают врачи, какие обследования, помимо теста на COVID-19, показывают наличие коронавируса, почему не стоит сразу принимать антибиотики и какие лекарства необходимо иметь дома.

Ошибки врачей

На амбулаторном этапе лечения врачи из поликлиник совершают ряд ошибок, последствия которых затем приходится лечить в больничном стационаре, а некоторые из них вообще необратимы. Основные из них:

  • назначение большого количества препаратов, включая антибиотики;
  • неверно распланированный мониторинг состояния пациента;
  • отсутствие практики назначения лабораторного обследования на дому.

Игра вслепую

Большинство поликлинических врачей сразу назначает лекарственные препараты, не проведя должного обследования пациента. Самое плохое то, что врач в условиях отсутствия информации не может адекватно сформулировать для себя показания для госпитализации.

«Часто бывает, что люди приезжают в больницу, буквально нарушив все законы, сделав анализы самостоятельно в коммерческой лаборатории, обманув своего врача, обманув лабораторию, сказав, что он не болен ковидом, и самоходом — пешком, на личном транспорте, на такси — прибывает в больницу в тяжелом или среднетяжелом состоянии».

Какое дополнительное обследование необходимо

При заражении коронавирусом необходимо постоянно контролировать показатели сатурации, которые измеряют пульсоксиметром. Этот прибор выглядит как прищепка, которую крепят на палец. Он показывает, насколько кровь насыщена кислородом, т. е. сатурацию. Она измеряется в процентах, и нормой у здорового человека без заболеваний легких и сердечно-сосудистой системы является 98−99%.

При коронавирусной инфекции следует измерять сатурацию не менее 4 раз в день и не менее 30 секунд.

Владимир Гердо/ТАСС

Дополнительное обследование, которое должен назначить лечащий поликлинический врач, может включать в себя исследование органов грудной клетки на компьютерном томографе (КТ), клинический анализ крови, анализ крови на с-реактивный белок* и д-димер*.

Ориентируясь по этим показателям, можно своевременно определить критерии для госпитализации, даже если показатели сатурации не отклоняются сильно от нормы.

Пример: у женщины 49 лет в течение пяти дней была температура выше 38,5, жуткий кашель, одышка. При этом сатурация не падала ниже 95%. Она сдала анализы, и значение по с-реактивному белку было 126. Норма этого показателя — до 5. Такое выраженное повышение можно рассматривать как старт цитокинового шторма*, о котором говорят как об осложнении коронавирусной инфекции.

Женщина вызвала скорую помощь, врач ее послушал и ничего не услышал в легких, что бывает очень часто при ковидной пневмонии. Врач сказал ей, что анализы крови вообще ничего не значат, и уехал. Она, нарушив карантин, по знакомству пришла в больницу, где ей провели КТ-исследование, которое показало, что у нее поражено 65% легких.

Это соответствует степени третьей степени поражения легких из четырех.

*Цитокиновый шторм – избыточная иммунная реакция организма на инфекцию, которая поражает органы без участия возбудителя.

*С-реактивный белок (СРБ) — высокочувствительный показатель воспалений и инфекций, реагирует на значительные повреждения тканей.

*Д-димер — интенсивности и характера процессов тромбообразования.

Значительное повышение с-реактивного белка начинается с показателя выше 50.

На фото: пациентка во время прохождения обследования на аппарате компьютерной томографии ( Сергей Савостьянов/ТАСС)

Слишком много лекарств

Назначение антибиотиков и гормональной терапии до госпитализации может привести к исчерпанию ресурса этих препаратов к тому моменту, когда они действительно могут понадобиться — в больнице.

Неправильные лекарства и плохо продуманная тактика лечения

Внезапно разросшаяся пандемия коронавируса не дала времени врачам разобраться, что к чему.

Бесполезные антибиотики

Одной из типовых ошибок является назначение антибиотиков. Но антибиотики никак не действуют на сам коронавирус.

Еще весной были проведены исследования «на скорую руку» и была выработана схема — сочетание азитромицина и гидроксихлорохина. В лабораторных условиях гидроксихлорохин показал положительный эффект, а антибиотик азитромицин использовали как «курьера» гидроксихлорохина внутри клетки.

На практике эта комбинация не сработала. Она не улучшала исход заболевания, и люди умирали так же часто, как и те, кто эти препараты не получал. Более того, эта комбинация не сокращает сроки госпитализации и не укорачивает пребывание вируса в организме.

Сам по себе азитромицин изначально не работал и был просто проводником гидроксихлорохина. Даже без привязки к коронавирусу русские люди привыкли по любой заразе бить антибиотиками. И, что абсурдно, амбулаторные врачи продолжают использовать схему монотерапии азитромицина при лечении коронавирусной инфекции.

Пневмонии, вызванные различными причинами (вирусами или бактериями), по-разному поражают легочную ткань, и по этой причине тактика лечения будет отличаться.

В списке Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) существует 4 линии антибактериальных препаратов, которые стоит применять в тех или иных ситуациях. Пресловутый азитромицин включен во вторую линию и применяется по конкретным показаниям.

Кроме того, есть список антибиотиков, которые не рекомендуется применять в некоторых комбинациях, т. к. они имеют очень выраженные побочные эффекты.

Сейчас самая частая комбинация лечения коронавируса на догоспитальном этапе — это сочетание азитромицина и левофлоксацина. Именно эта комбинация не рекомендована ВОЗ. Она запрещена клиническими фармакологами, в том числе и в России.

Антон Вергун/ТАСС

Эффектная побочка

Схема гидроксихлорохина и азитромицина, которую изначально рекомендовали, имеет значительный побочный эффект. От гидроксихлорохина страдает сердечная ткань, что чревато нарушением сердечного ритма, в том числе пароксизмом фибрилляции предсердий. Нарушение ритма может вызвать остановку сердца или спровоцировать формирование тромбов.

То, что гидроксихлорохин не только не работает, но и вредит, стало понятно еще летом. Однако врачи амбулаторного и иногда стационарного звена продолжают его назначать.

Более того, он включен в клинические рекомендации и, к примеру, в Петербурге выдается бесплатно людям, которые проходят лечение от ковида дома.

Схема азитромицина и левофлоксацина также является токсичной для сердца и тоже нарушает сердечный ритм.

***

При приеме антибиотиков на амбулаторном этапе часто возникает антибиотик-ассоциированная диарея. За этим может скрываться более серьезное осложнение — псевдомембранозный колит. Проще говоря, это воспаление толстого кишечника, когда на его стенках возникают бляшкоподобные, похожие на мембраны образования. Проявляется это как учащение стула до 5−10 раз в сутки, но может доходить и до 20 раз.

При размножении бактерий выделяется много токсинов в кровь, что может привести к лихорадке, интоксикации, обезвоживанию и септическому состоянию. При крайней степени обезвоживания начинают страдать почки, сердце и головной мозг.

Кишечник может не работать вплоть до пареза кишки. Такое состояние можно вылечить только оперативным вмешательством, и оно потенциально опасно для жизни.

«У нас было несколько случаев, когда мы доказывали возникновение колита из-за приема антибиотиков на догоспитальном этапе. Есть анализ, который позволяет определить, что это именно псевдомембранозный колит. Это анализ стула на токсины А и Б. Даже если один токсин обнаружен, это уже колит».

К сожалению, коронавирусная инфекция просто не имеет точки приложения для использования антибиотиков. Вылечить ковид антибиотиками невозможно.

«От фатального осложнения коронавирусной инфекции — острый респираторный дистресс-синдром, когда внезапно все легкие выключаются, расширяется зона поражения, развивается дыхательная недостаточность и человек погибает — антибиотики не спасают».

Дефицит, который мы создаем сами

С весны люди в панике начали скупать все, что им казалось необходимым. Сначала это были гречка и туалетная бумага, после — лимоны, чеснок и имбирь, затем медицинские маски, и постепенно очередь дошла до элементарных ртутных термометров и лекарств.

Те, кто столкнулся с коронавирусной инфекцией поближе, могут знать о препарате дексаметазон, его аналог — преднизолон. Сейчас дексаметазон в аптеках найти практически невозможно. Появились слухи, что он якобы может вылечить цитокиновый шторм, эффективен для профилактики коронавируса или может остановить более сложное, фатальное течение ковида.

На фото: кислородный концентратор ( Сергей Мальгавко/ТАСС)

«Еще летом было проведено исследование в Великобритании, которое показало, что назначение дексаметазона действительно улучшало исход заболевания и давало возможность не развить более тяжелую дыхательную недостаточность.

Однако там было одно „но“, которое почему-то опять нигде не учитывается. Преимущество дексаметазона было показано только в сочетании с кислородной поддержкой (назначают при снижении сатурации ниже 95%).

При отсутствии кислородной поддержки исход не улучшался, и даже была тенденция к более плохим исходам».

При амбулаторном лечении дексаметазон не может помочь. А если вы решили его приобрести «на всякий случай», то не забудьте купить кислородный концентратор, стоимость которого варьируется в районе 60−70 тысяч рублей.

На ранних сроках — до 8−9-го дня — речи об антибиотиках не может быть вообще. В этом периоде развивается коронавирусная пневмония, которую не остановить назначением антибиотиков.

У некоторых возможно присоединение вторичной бактериальной пневмонии. Это происходит чаще у людей с изначально подавленным иммунным статусом. Например, при декомпенсированном сахарном диабете.

«Когда в крови много глюкозы, у бактериальной микрофлоры больше шансов наложиться на вирусную пневмонию и стимулировать размножение бактерий в легких. У этого есть определенные лабораторные признаки.

Мы не можем назначать антибиотики при сахарном диабете и ковиде для профилактики.

Потому что для профилактики это не сработает, антибиотики не предотвращают вторичную бактериальную пневмонию, они ее только лечат».

Чтобы предотвратить развитие бактериальной пневмонии, необходимо снижать уровень глюкозы с помощью сахароснижающих препаратов или инсулина под контролем врача.

Владимир Гердо/ТАСС

Признаки вторичной бактериальной пневмонии

При вторичной бактериальной пневмонии клинический анализ крови покажет повышение уровня лейкоцитов, нейтрофилов, в том числе их незрелых форм.

У пациента может появиться гнойная мокрота, окрашенная — с зеленью, ржавая, с прожилками крови. Мокрота может стать обильнее.

Еще одним признаком развития вторичной бактериальной пневмонии является повышение температуры тела до 38,5 градусов и выше на поздних сроках — 12−14 день заболевания ковидом.

Через 2 недели нахождения коронавирусной инфекции в организме и развитии ковидной пневмонии в тканях легких происходят изменения, которые наиболее удобны для присоединения бактерий и развития бактериальной пневмонии.

«Изменения в легких после ковидной пневмонии сохраняются около 8 недель после выздоровления. Это не означает, что постковидную пневмонию надо как-то лечить. Сатурация должна восстановится к концу инфекции до вашей нормы».

Терапия отчаяния

Новый вирус ввел в заблуждение все мировое медицинское сообщество, исследователей и экспертов. Что уж говорить о фельдшерах и врачах, которые приходят по вызову к нам домой. Больным ковидом выписывают и азитромицин, и арбидол, и гидроксихлорохин, и другие бесполезные, ненужные или опасные препараты.

Действительно, бывает, что врачи не знают, что назначить, и выписывают хоть что-то ради того, чтобы назначить, чтобы успокоить пациента и дать ему надежду на то, что он выздоровеет. Не стоит забывать, что они следуют утвержденным Минздравом руководствам, схемы из которых используют только в России.

Александр Демьянчук/ТАСС

«У меня начало создаваться впечатление, что амбулаторные доктора делают это не просто, чтобы назначить. Они хотят успокоить не только пациента, но и побороть свой страх перед этой инфекцией и свой страх перед осложнениями, которые могут возникнуть внезапно.

Такое ощущение, что они пытаются использовать всё, но уже в качестве терапии отчаяния. Таким образом, они отдаляют момент, по их мнению, осложнений, ну и выигрывают время для себя, давая себе возможность снизить к этому пациенту бдительность.

Так врач перекладывает ответственность на тех, кто эти клинические рекомендации создал».

Есть и те, кто не читал клинических исследований, не изучал мнения мировой медицинской общественности. Назначения таких врачей происходят по незнанию.

Терапия коронавируса сейчас [РЕКОМЕНДАЦИИ] Аптечка при ковиде

Эти рекомендации нашего эксперта стоит применять только после консультации с лечащим врачом.

  • По возможности, купите пульсоксиметр и следите за показателями сатурации.
  • Из препаратов прежде всего необходимо иметь любые жаропонижающие. Предупреждение ВОЗ о том, что какие-то жаропонижающие ухудшают течение новой коронавирусной инфекции, сейчас полностью развенчаны. Это предупреждение было отозвано еще в марте.
  • Также можно использовать любые привычные обезболивающие (при отсутствии индивидуальных противопоказаний).
  • Для тех, кто принимает противозачаточные препараты или у кого имеется тенденция к повышенной свертываемости крови, необходимо иметь антикоагулянты. Это препараты, разжижающие кровь и препятствующие образованию тромбов.
  • При приеме антикоагулянтов и жаропонижающих нужно помнить о защите желудка (омепразол, фамотидин и др.), чтобы избежать желудочно-кишечного кровотечения.
  • При новой коронавирусной инфекции стоит пить больше жидкости для предотвращения обезвоживания и нарушения работы почек.

Не забывайте, что врач обязательно должен объяснять пациенту, что и для чего он назначает.

*По материалам эфира Оксаны Станевич для фонда «Не напрасно» и личной консультации для издания «СП».

Источник: https://svpressa.ru/health/article/286529/

���������� ������������������: ����-���� ������������ ������������ �������������������� ������������������ �� 70 ���������� �������������� �� ������

Ошибки врачей

������������ �� ���������������������������������� ������������ ���������������� ���������������� �� ���������������������� �� 70 ���������� ������������������. ���� �������� ������������ �������������� ���������� ������������������ ������������ �������������� ���� ������������������ ������������ ���������������� ���������������������� ����������.

���� ������������ ������������������ ���������������� ������������ ��������������, �������������� ���������������� �� �� �������������������� ������������.

“���� �������������������������� ������������������ �� ������ ���������������� ���� ���������� 25 ��������������. ������ ������������ ����������������. ���� ������������������ �������� ������ ���� ���������������� �������������� 80 ��������������”, – ���������������� ���������� �������������� “������������������”.

– ���� ������������ ������������������ – ������������ ������������, ��������������. ������ ������������������������ �������������������������� �������������� ���������������������� ������ ������������ ������������ ������������ �������������� 1-2 ����������������, ������ ���������������� �������������� ������������.

����-���� ������������������������ ������������������������ ��������������”.

���������� ���� ������������������ �� �������������������� ���������� ���� ��������������, ���� �������������� ���������������� ������������������ �������������������� ������������ ����������������������������. “�������������������� ���������� ����������, ������������������ ���������������� ���������������������� ������������������ �� ���������������������� ����������������”, – �������������� ��������������.

���� ������ ������������, ���������������� �� ������������������������ ���������������������� ������������ �� ������������ ���������� “���������������� ������������, �� ������ ���������� ���������������� ��������������������”.

“�������������� �� ���������� �� ������������������ ���������������� ���������������������� ���������������� �������������� ������������������������ ���������������������� ������������, ���������������� ���������������������� ������������, �� ������ ���������� ���������������������� ������������������ �� ���������������������������� ����������������������”, – �������������������� ���������� ������������������.

�������������� ������������������������������ ���������������� ���������� ������������ �� ������������ �� ����������������.

“�������������� ���������������� – ���������� ���������������� ����������. ����������������. ���������������� – ���������� �������������������� ������������������������ ������������ ���������������������������� ������������ ���������������� ����.

������ ���������������� ���� ���������������������� �������� – �� ������ ���������������� ��������������������! – �� ������������������ ���������������� ���� ������ �������� �������������������� �������� ��������������.

������������ ���� �������� ���������� �������������������� ������������������ ���� �������������������� ���������� ����������������������”, – �������������� ��������������.

���������� ������������������������, ���� ������ ������������, ���� ���������������� ���������������� �� ����������������, ������ ���������� ������������, ���������������� ������������������.

���������� ������������������ ���������������� �� ������ �������� ����������������. ���������� ���� ���������� ���������������� �������������� �� �������������������� �������������� �� ������������������, ������ ���������������� �� ���������������������������� ��������������.

“����, ������ ���� �������������� �������������� – ������ ������������������������ �������������������������������� ������������, �� ���������������� ���� �� �������� ����������������, ������������ ���������������������� ����������.

�� ������������, �������������� ������������������ �� soft skills, ����-���������������� ������������ ���� ������������ ��������.

��������������, �������������������� �� ������������������������ ������������������������������, ������������������ ���� ���������������� �� ��������������, ������������������������ �� ������ ����������”, – ������������ ��������������.

���� �������������� ���������������� ���������� ������������������ ������������������ �� ���������������������� ���� ������, ������ ������������ ������������������ ������������. ������������������ ������������ �� ���������������������� ���������� ������������ �������� ���� ������������ 5%, �������������� ��������������.

����������������, �� �������� ������������ �������������� �� ���������������������� ������������������ ���������� ���������� ������������������ ������������ �������������� ������������ �������������������������������������������������� ���������������������� �� ������������ ���� ������������������ ����������.

���� ������������ ��������������, ���� ������������������ ���������������� �� ������������ �������������� ����������������, ������������������ ������������ ������������������ ������������������������������ ������������������ ��������������������, ���������������� �������������������� ������������������ ������ ������������������ �������������������� �� ������������ ���������������������������������� ����������, �������������� �������������������� �� ������������������ ��������.

��������-�������������� �������������� ���������������� ������������������ ������ �������������������������� ���������������� ���� �������������� ����������������, ������������������ �� ������������������������������������������ �������������������� ����������������������, �������������� ���������� ��������������������������, �������������������������� �������������������� ����������, ������������������ ��������������������, ��������������, ������ ������ ���������� �������������� ������������, ���� �������� ���� ����������������, ���������� ���������� ���������������� �������������������� �������� ��������. ���������� ������ ����������������, ������ ������������������������ ���������� �� ������������������ ���������� ������������������ �������������� ���������� ���������������� �� ���������������������� �������������������������� �� ������������������������ ��������������, �� �������������� ���� ���������� ������������ ������������ ��������������, �� �������������� �������� ���������� ���� ���������������� ������������������.

Источник: https://rg.ru/2020/02/08/glava-minzdrava-iz-za-oshibok-vrachej-gibnet-70-tysiach-chelovek-v-god.html

Подозреваю, что врач допустил ошибку при лечении. Что делать?

Ошибки врачей

За последние три года в пользу пострадавших от врачебных ошибок юристы «Зоны права» взыскали более 25 миллионов рублей.

Медицинский юрист, руководитель Забайкальского правозащитного центра и юрист правозащитной организации «Зона права» Анастасия Коптеева больше десяти лет занимается делами гражданской и тюремной медицины.

За 2020 год она добилась в российских судах компенсации морального вреда для десяти семей на 12 миллионов 135 тысяч рублей.

«Такие дела» расспросили эксперта о том, что делать, если подозреваешь врача в ошибке, какие подводные камни есть у подобных дел и при чем здесь врачебная этика.

pixabay.com

— Легко ли в России получить компенсацию за врачебную ошибку?

— Легких дел в сфере медицинского права нет. Процедура доказательства вины врача и споров пациента с медицинским учреждением непростая и длительная. Часто пациент сталкивается с многоэтапностью оказания помощи. Допустим, он побывал в разных учреждениях и с ним работали разные врачи. Позицию каждого нужно выяснить.

Долго проходят и экспертизы: нужно выбрать экспертное учреждение, определить состав комиссии, найти деньги на экспертизу. Они стоят от ста тысяч, а могут достигать и двухсот тысяч. В гражданском судопроизводстве каждая сторона должна доказывать свою позицию, самостоятельно оплачивая расходы на экспертизу.

Такие экспертизы из-за загрузки экспертных учреждений проводятся около года, а бывает — идут по два-три года.

Анастасия Коптеева личный архив

С каждым годом поток таких дел все больше, и он растет в геометрической прогрессии. Раньше в правозащитных организациях мы вели дел пять, а теперь только в моем производстве находится свыше 30 дел.

Часто я вижу, что пациенты приходят подготовленные, осведомленные в правовом смысле, задают аргументированные вопросы.

Но истинный масштаб врачебных ошибок мы не знаем, Минздрав такую статистику не публикует.

— Ваш опыт расходится с общей статистикой?

— В моей практике около 90% дел заканчиваются в пользу пациентов, потому что я делаю очень жесткий досудебный отсев. Я никогда не напишу заявления, пока не соберу аргументированные доказательства.

Но из неофициальных бесед с юристами больниц я понимаю, что в большинстве случаев, когда пациентов представляет адвокат, который не специализируется на таких делах, или сам пациент, то пациенты такие дела проигрывают.

Суды либо отказывают в возбуждении уголовного дела, либо даже если его возбуждают, то потом прекращают.

— Что можно назвать врачебной ошибкой?

— Сейчас лечение большинства заболеваний прописано и стандартизировано, например стандарт лечения больного гастритом или стандарт при инфаркте миокарда.

Если такой стандарт не разработан, врач должен руководствоваться сложившейся практикой и клиническими рекомендациями.

Если нарушение этих стандартов повлекло причинение вреда здоровью либо ухудшило состояние пациента, суд в гражданском процессе может расценить такую помощь как врачебную ошибку.

https://www.youtube.com/watch?v=_oz2179Ng7U

По материалам гражданских и уголовных дел чаще всего речь идет о низкой квалификации врачей, а не об умышленном вреде. Бывает, в больницах не хватает диагностического оборудования, лабораторных, технических или инструментальных возможностей.

Например, новорожденному ребенку с генетическим заболеванием нельзя было давать в пищу белок, иначе организм отравляется продуктами собственного распада. Для определения этой болезни нужно было сделать тест до определенной недели. Молодой педиатр не приняла никаких мер. Это привело к тому, что после шести месяцев в организме накопились токсины и у младенца пострадал мозг.

Были и такие громкие случаи, как дело супругов Судейкиных, когда роды принимал врач-хронический алкоголик, который несколько лет официально стоял на учете в наркодиспансере.

Тем не менее он продолжал работать оперирующим хирургом, что запрещено законом и здравым смыслом. Когда он принимал роды в нетрезвом состоянии, это привело к гибели ребенка.

Врач был привлечен к уголовной ответственности, но дело было прекращено за истечением срока давности.

Но нередко случается, что претензии пациентов к врачам безосновательны. Ко мне обратилась мама мальчика, у которого было заболевание позвоночника с грыжами. Это установили несвоевременно.

В больнице МРТ назначили не сразу, а через два месяца. Но грыжа — заболевание длительно текущее, поэтому время, когда ее обнаружат, принципиально ни на что не повлияет. Я считаю, что в данном случае это было очевидно и понятно сразу.

Я за такие дела ни в коем случае не берусь.

— Как эту область регулирует закон?

— В уголовном или гражданском кодексе нет четкого определения врачебной ошибки. Только ФЗ «Об основе охране здоровья граждан» — базовый закон, который регулирует отношения между врачом и пациентом, — требует, чтобы медицинская помощь оказывалась своевременно и в соответствии с протоколами, стандартами и клиническими рекомендациями.

Источник: https://takiedela.ru/news/2020/11/27/podozrevayu-vracha-v-oshibke/

Врачебные ошибки: «темная» сторона медицины

Ошибки врачей

Патологоанатом Олег Иноземцев представил обзор самых частых причин летальных ятрогений

Секционный зал. Очередное рядовое вскрытие. Передо мной мужчина средних лет. Клиницисты ставили прижизненный диагноз «Тромбоз мезентериальных сосудов и некроз кишечника».

Но ревизия брюшной полости показала наличие геморрагического панкреонекроза. И вот казалось бы «рядовое» вскрытие стало показательным примером ятрогении в хирургической практике.

И таких примеров за трудовую деятельность врача-патологоанатома накапливается много.

Когда врачи оказываются бессильны и пациент умирает, начинаю свою работу я — патологоанатом. Вначале за секционным столом, затем — в гистологической лаборатории. Кроме установления точной причины смерти пациента, мне важно выяснить, есть ли расхождение клинического и патологоанатомического диагнозов.

Если расхождение есть, каждый раз я испытываю разочарование в несовершенстве медицинской науки, в неграмотности коллег и задумываюсь об их ответственности. Основываясь на собственных наблюдениях, я составил свой личный топ самых распространенных врачебных ошибок, приводящих к смерти пациента, и привел истории-иллюстрации.

Пойдем от самого частого к менее частому.

1. Молниеносные ситуации

Пример из личного опыта: молодой человек 20‑ти лет заболел ОРВИ, которая началась с озноба, повышения температуры тела, кашля, насморка. Было начато симптоматическое лечение. Но через четыре дня состояние больного резко ухудшилось, диагноз — «пневмония».

Заболевание протекало стремительно, и через сутки больной экзитировал. Патологоанатомическое вскрытие подтвердило наличие воспаления лёгких.

Почему такое заболевание, как банальная пневмония, которая чаще всего заканчивается благополучно, привела к страшному финалу?! Причина ятрогении кроется в поздней диагностике заболевания и молниеносном его течении.

Впервые понятие «ятрогения» предложил немецкий психиатр Освальд Бумке в 1925 году. Данным термином он предложил обозначать психогенные заболевания, возникающие вследствие неосторожного врачебного высказывания (с греческого языка: iatros — врач, genes — порождающий, т. е. «болезнь, порожденная врачом»).

Согласно МКБ-10 под ятрогенией понимают любые неблагоприятные или нежелательные последствия медицинских процедур (профилактических, диагностических и лечебных вмешательств).

Сюда же надо отнести осложнения лечебных процедур, которые стали следствием действий медицинского работника, независимо от того, ошибочными или правильными они были.

На заметку: Одна только возможность молниеносного течения заболеваний заставляет начинать лечение как можно раньше и соответствующими дозами эффективных препаратов.

2. Инвазивные методики

Больная с подозрением на язвенную болезнь желудка и двенадцатиперстной кишки была направлена на фиброгастродуоденоскопию. Во время процедуры произошла перфорация задней стенки глотки.

Дефект сразу не обнаружили, развилась флегмона шеи с глубокой интоксикацией, пациентка скончалась. Еще один пример: у больного дивертикулез нисходящей и сигмовидной кишки. Назначена колоноскопия.

При ее проведении произошел разрыв толстого кишечника в области ректосигмоидного угла с обильным кровотечением, и смерть больного от кровопотери.

На заметку: Направлять пациентов на инвазивные методы диагностики стоит только по строгим показаниям, а проведение эндоскопических вмешательств и лечебных процедур должно осуществляться с предельной осторожностью под контролем видеоэндоскопической техники.

3. Болезни от «лекарства»

Мужчина 55 лет длительное время страдает обменным артритом. Заболел остро после приёма комбинированного НПВП. Сразу же появилась сыпь на кожных покровах, изменения в анализах крови (повышение СОЭ и лейкоцитоз). Позже появилась тяжелая одышка, боли в груди, поясничной области. Лечение не давало положительных результатов.

Состояние прогрессивно ухудшалось, и вскоре больной скончался. На аутопсии макроскопических изменений практически не обнаружено.

Однако, гистологическое исследование внутренних органов выявило серозно-продуктивное воспаление с преобладанием лимфоцитарных и макрофагальных инфильтратов, пролиферативно — мембранозный гломерулонефрит, эндокардит, межуточную пневмонию и гепатит.

Непереносимость или сверхчувствительность к определенным лекарственным препаратам и процедурам (радиотерапия, рентгенотерапия, наркоз) встречается часто.

Непереносимость лекарственных препаратов достигает 10—20%, и 0,5—5% больным требуется лечение от лекарственных осложнений. Своевременная отмена препаратов позволяет избежать непредвиденных грозных осложнений, например, анафилактического шока или острого гемолиза.

Но если доктор не связывает тяжесть состояния больного с применением препарата и не отменит его, то не исключен смертельный исход.

На заметку: При назначении любого лекарственного препарата нужно помнить, что может развиться нежелательная реакция. Из личного опыта вспоминаются серьезные изъязвления слизистой оболочки желудка и кровотечение со смертельным исходом при приеме НПВС. Ульцерогенным свойством также обладают цитостатики, глюкокортикоиды, тетрациклин, кофеин, резерпин и т. д.

Остерегаться аллергических реакций особенно следует при приёме антибиотиков, сульфаниламидных препаратов, ненаркотических анальгетиков, местных анестетиков, противоэпилептических средств, препаратов йода, мышьяка, ртути. Последствия при этом не зависят от дозы: даже одна таблетка может привести к тяжелым осложнениям.

4. «Маскировка»

Бывают случаи, которые требуют разграничения понятия врачебная ошибка и врачебный проступок. Приведу пример. Поступает больной с жалобами на боль в животе, тошноту, рвоту.

Лечащий врач, а позже и консилиум, заключил: у больного обострение хронического холецистопанкреатита. Было назначено соответствующее лечение, но оно не дало положительных результатов. Состояние больного ухудшалось, и вскоре он скончался.

При проведении патологоанатомического вскрытия был обнаружен острый инфаркт миокарда. Очевидно, имела место абдоминальная форма инфаркта без типичных загрудинных болей.

Как поступить в данном случае: привлечь врача к уголовной ответственности? Врачебный проступок или врачебная ошибка? В этом случае речь, конечно же, о врачебной ошибке, так как заболевание имело атипичное течение.

На заметку: Клиницисты всегда должны помнить о том, что многие заболевания имеют похожие симптомы и «маскируются», приводя врача в заблуждение. Поэтому никогда не забываем о дифференциальной диагностике: сопоставив несколько заболеваний с похожими симптомами, выйдем на верный диагноз.

5. Атипичная история

В хирургии порой бывает так, что правильно проведенное оперативное вмешательство приводит к летальному исходу. Пример? Он был описан в 1983 году в книге Натана Владимировича Эльштейна «Диалог о медицине». У больной удалили миндалины.

Операция простая, проводится часто и обычно не имеет последствий. Но у этой пациентки открылось кровотечение из операционной раны. Дело в том, что у больной имелось атипичное расположение кровеносного сосуда, и этот сосуд был поврежден во время вмешательства.

К счастью, кровотечение было вовремя остановлено. Но как мог хирург предусмотреть наличие этой аномалии?! Это типичный случай хирургической ятрогении, которую сложно предугадать.

И очень тяжело бывает в таком случае объяснить родственникам больной, почему и как простая операция могла привести к трагическому исходу.

На заметку: Хирургам не стоит забывать, что человеческий организм не идеален, органы и сосуды могут иметь атипичное расположение. Заподозрить и быть готовым к «неожиданностям» иногда можно по внешним аномалиям (стигмам).

Например, при каком‑либо хирургическом вмешательстве у больного с синдромом Морфана с явными внешними стигмами возможен разрыв расслаивающей аневризмы аорты, встречающейся при данном синдроме.

При любых сомнениях лучше подстраховаться, сделав дополнительные исследования (ангиографию, УЗИ и т. д.).

6. Страшная вещь — статистика

Больная 35 лет поступила в гематологическое отделение больницы с увеличенными лимфатическими узлами в нескольких областях тела, увеличением печени и селезенки. Также присутствовали кашель, одышка.

В ОАК выявили анемию, а при рентгенологическом исследовании в ткани легкого обнаружили участок затемнения 4×5 сантиметров и геморрагический выпот (пунктат) в плевральных полостях.

Был взят мазок из увеличенных лимфатических узлов, в котором обнаружили клетки Березовского — Штернберга и ретикулярные клетки. На основании этих данных поставили диагноз: лимфогранулематоз. Назначено лечение. Вскоре больная умерла.

При патологоанатомическом вскрытии обнаружен рак бронха с метастазами в лимфатические узлы и печень. Клинический и патологоанатомический диагноз не совпали из‑за неверной диагностики и лечения.

Этот курьезный случай ятрогении «от слова», закончившийся смертью пациентки, произошел в моей практике. У женщины была хроническая ишемическая болезнь сердца. Её это, естественно, беспокоило как физически, так и психологически.

И чтобы как‑то успокоить свою пациентку, лечащий врач «подбодрил» больную, сказав ей, что все будет хорошо, и что она раньше него самого не умрет. Роковая случайность привела к тому, что лечащий доктор умер на следующий день от внутримозгового кровоизлияния.

А пациентка, узнав о его смерти, скончалась через несколько дней от инфаркта миокарда.

Что послужило ошибкой в диагностике? Врачам известно, что рак легкого у молодых женщин встречается редко, примерно в 5–6 раз реже, чем у мужчин. Этот факт «отсеял» гипотезу о раке легкого. Затем резкое и распространенное увеличение лимфатических узлов вызвало подозрение на лимфогранулематоз.

Также клиницисты неверно истолковали геморрагический характер выпота, который говорил о раке легкого, и неправильно интерпретировали данные цитологического исследования из лимфоузлов. Необходимо было взять биопсию из лимфоузла на гистологическую диагностику, что не было проведено.

В данном случае верный диагноз вряд ли бы смог способствовать выздоровлению, но факт ятрогении присутствует.

На заметку: преподаватель по пропедевтике говорил нам, студентам-медикам: «Если вы будете думать о статистике, то никогда не поставите правильный диагноз». Он был чертовски прав. Кроме того, если при определенном состоянии разработан стандарт диагностики — следуйте ему.

Ради общего дела

Дело патологоанатомов — не уличение лечащего врача в допущенных ошибках, не моральное его поражение (иногда и материальное), но помощь врачу на допущенных ошибках учиться. Каждый раз, проводя разбор, а также приглашая врачей на аутопсии, я надеюсь, что эти нелегкие «учебные» мероприятия отсрочат следующий случай ятрогении с летальным исходом.

Источник: https://www.katrenstyle.ru/articles/journal/medicine/ethics/vrachebnyie_oshibki_temnaya_storona_meditsinyi

«Классическое определение врачебной ошибки исключает ее уголовную подсудность.

Звучит это определение так: Врачебная ошибка — незлоумышленное заблуждение врача (или любого другого медицинского работника) в ходе его профессиональной деятельности, если при этом исключается халатность и недобросовестность. Как-то странно судить человека за заблуждения. Так можно и за религиозные убеждения начать судить…

Самое сложное – это определить отсутствие халатности и недобросовестности в действиях врача. К сожалению, иногда это почти невыполнимая задача.

Сложность связана с тем, что врач, зачастую, принимает решение единолично, без возможности посоветоваться, заглянуть в литературу, отказаться от принятия решения.

В то время как оцениваются его действия постфактум, когда данных больше и время не поджимает.

Для облегчения работы врача существуют стандарты, алгоритмы, протоколы, рекомендации, гайдлайны, но они работают далеко не всегда и имеют существенные ограничения применения из-за того, что каждый пациент уникален, медицина динамично развивается и стандарты за ней не поспевают, в гайдлайнах частенько встречаются нечеткие формулировки, такие как “может быть эффективно”, “недостаточно данных” и т.д… Хотя четкое соблюдение протоколов и алгоритмов в экстренной ситуации позволяет существенно сократить число врачебных ошибок. Беда в том, что в России не принята концепция доказательности в медицине, а соответственно, международные протоколы и гайдлайны не имеют юридической силы, те же, что приняты в России, в большинстве своем морально устарели, либо не имеют отношения к объективной реальности. Тем не менее, российские стандарты и порядки оказания медицинской помощи, а теперь и клинические рекомендации, обязательны к исполнению, что само по себе может приводить к большому количеству ошибок.

Так чем же врачебная ошибка отличается от любой другой профессиональной ошибки?

Возьмем для наглядности те сферы профессиональной деятельности, где ошибки могут потенциально привести к человеческим жертвам. Строительство и авто/самолетостроение. Строители и инженеры тоже ошибаются.

Их ошибки могут быть гораздо более опасны, чем ошибка врача, ведь падение высотного здания или авиакатастрофа могут унести сотни и тысячи жизней. Тем не менее, строителей и авиаинженеров судят за ошибки, а врачей нет.

С чем же связана такая несправедливость? А связана она с тем, что все действия строителя и инженера поддаются математическому анализу. Все можно учесть и посчитать. Математика – точная наука, которая позволяет до сотых долей миллиметра рассчитать длину крыла или вычислить прочность балки.

Если ошибся в расчётах и это привело к жертвам, добро пожаловать в суд. В математике дважды два всегда четыре. В медицине же, дважды два далеко не всегда четыре, чаще всего пять, периодически семь, а иногда и сто сорок восемь.

Одно и тоже заболевание может проявить себя совершенно по-разному у разных пациентов. Один и тот же симптом может встречаться при сотне заболеваний.

Одно и тоже лекарство может прекрасно переносится одним пациентом и вызывать тяжелейшие побочные эффекты у другого. Анализы могут ничего не показывать при яркой клинической картине и быть совершенно ужасающими при внешнем благополучии.

Во многих ситуациях врач вынужден опираться на опыт и интуицию, а не на расчеты или стандарты.

На производстве можно наладить контроль. Проверять каждую гайку, каждую деталь и делать это автоматически. И то, иногда случается брак. Мы знаем, что даже автомобили самых лучших брендов периодически отзываются из-за заводского брака. В медицине такой контроль невозможен. Критерии качества медицинской помощи неочевидны и, зачастую, неприменимы.

Как, например, оценить качество паллиативной помощи? Или качество лечения рассеянного склероза, который имеет очень разные формы и их течение практически не зависит от врачей? Или качество химиотерапии, которая может вызывать и вызывает множество побочных эффектов, при этом совершенно необязательно продлевает жизнь? Ставить же контролера над каждым врачом экономически и медицински нецелесообразно…

Мы же не судим историков и синоптиков, не судим юристов и учителей, хотя их ошибки тоже могут приводить к фатальным последствиям, но всем понятно, что они имеют право на ошибку, ведь в их специальностях ничего нельзя сказать наверняка… Нам никогда не придет в голову судить сапера, которые не смог разминировать бомбу, взрыв которой привел к гибели людей. Даже если сам сапер выживет… Или пожарного, который не смог вынести ребенка из огня. Почему же мы хотим судить врачей за врачебные ошибки?

Особняком стоят водительские ошибки. Они тоже не поддаются расчетам и у водителя тоже может быть ограниченный временной промежуток на принятие решения, цена которого человеческая жизнь. Правда функций у водителя поменьше – руль вправо-влево, да 2-3 педали, плюс понятные и четко прописанные правила дорожного движения, которые должны быть выучены наизусть для получения прав.

Тем не менее водителей судят. А судят их потому, что водитель, садясь за руль добровольно берет на себя ответственность. Если плохо себя почувствовал или не в настроении может оставить машину и поехать на автобусе или на метро.

Водители же профессиональные ограничены по времени беспрерывного вождения (обычно 8 часов), как раз во избежание ошибок. Врач же не имеет возможности не делать операцию в экстренной ситуации, поскольку будет обвинен в преступном бездействии. И всю необходимую для работы информацию выучить наизусть не может.

Объема памяти не хватит… Длительность рабочего дня у врача от 6 до 36 часов.

Несомненно, существуют некомпетентные, грубые, халатные и недобросовестные врачи. Их немало. А вот определить такого врача бывает крайне непросто. Для того, чтобы выявлять таких врачей и отстранять от врачебной практики необходимо крепкое профессиональное сообщество, которого нет и в ближайшее время не предвидится, но это не означает, что его нужно заменить на Следственный Комитет.

Обсуждая врачебные ошибки следует помнить, что врачей, которые не ошибаются, не существует в природе. А главное, что врач тоже человек, а не богоподобное существо в белом халате», – написал Павел Бранд на своей странице в Фейсбук.

Как сообщалось ранее, доктор медицинских наук, врач-кардиолог Алексей Эрлих – об уголовном наказании за врачебные ошибки. Подробнее читайте: Об уголовном наказании за врачебные ошибки.

Источник: https://medrussia.org/10990-ne-oshibayutsya/

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.